skaramanga_1972 (skaramanga_1972) wrote,
skaramanga_1972
skaramanga_1972

Categories:

СТАЛИНГРАД. ЧАСТЬ 6. КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ

... в конце этого поста будет небольшой материал из книги Альберта Шпеера - рейхсминистра вооружения и боеприпасов. Это для понимания того, что творилось с Гитлером и его генералами во время контрнаступления наших войск и кто был виновен в том, что случилось с армией Паулюса.




Командующий войсками Донского фронта генерал-лейтенант Рокоссовский в районе Сталинграда. 1942г.


К.К. Рокоссовский и командующий 65-й армией генерал-лейтенант П.И. Батов. 11-12.1942г.


Генерал-лейтенант П.И.Батов с офицерами у карты. Район Сталинграда. Зима 1942-43г.



Т-34 с солдатами на броне на марше во время наступления. 12.1942г.




Советская пехота атакует противника под Сталинградом. 1943г.




Бойцы Донского фронта выдвигаются на новый рубеж в районе окруженной группировки немцев. 1943г.


Расчет 120-мм полкового миномета ведет огонь по врагу. Сталинградская битва. 22.01.1943г.


Советские солдаты атакуют при поддержке Т-34 в районе г. Калач. 11.1942г.




На бесконечных сталинградских просторах


Наступление под Сталинградом. Зима 1942—1943г.


В январе 1943-го




Танкисты 24-го танкового корпуса во время ликвидации окруженной под Сталинградом группировки немецких войск. 12.1942г.


На Мамаевом Кургане


Встреча бойцов 21-й и 62-й армии




В освобождённом селе Карповка под Сталинградом. Февраль 1943г.


Наступающие под Сталинградом советские войска


Т-26 на окраине освобожденной станицы под Сталинградом. 11-12.1942г.


К фото выше


Женщины и дети встречают солдат-освободителей. Район Сталинграда. 02.1943г.


Советские пехотинцы утоляют жажду в деревне в районе Сталинграда. Зима 1942-43г.


Советские солдаты у подбитого немецкого танка Pz.Kpfw. III рассматривают немецкую обувь. Сталинград. 11.1942г.


Ездовые красноармейцы пустили на корм лошадям трофейные эрзац-валенки


Советские бойцы слушают игру гармониста под Сталинградом. 1943г.


Теперь только вперед...


Удостоверение участника Сталинградской битвы Саинова Ашота. 1947г.

p.s.

«… 19 ноября 1942 г., до Гитлера, перебравшегося незадолго перед тем в Оберзальцберг, дошли первые донесения о крупном зимнем наступлении русских, которому через два с небольшим месяца суждено было завершиться капитуляцией наших войск в Сталинграде. После интенсивной артиллерийской подготовки значительные силы Советов прорвали под Серафиновым (имеется в виду, Серафимович — В.И.) позиции румынских дивизий. Гитлер попробовал объяснить катастрофу презрительными отзывами о низких боевых качествах своих союзников, да и вообще преуменьшить ее масштабы. Но почти сразу же русским удалось нанести удары и по немецким дивизиям, фронт начал разваливаться.

Он расхаживал по большому залу Бергхофа взад и вперед: «Наши генералы снова повторяют свои старые ошибки. Они всегда переоценивают силы русских. По всем фронтовым сводкам видно, что у противника не хватает людского материала. Они ослаблены, они потеряли слишком много крови. Но такого рода сводки никто, разумеется, не желает принимать во внимание. Вообще! А русские офицеры имеют такую скверную подготовку, что с ними совсем невозможно организовать наступление. Мы-то знаем, что для этого нужно! Рано или поздно русский остановится — выдохся! Тем временем мы подбросим туда несколько свежих дивизий, и они снова восстановят порядок». В уединенности Бергхофа он не понял, что надвигается. Через три дня, однако, поскольку устрашающие доклады не прекращались, он поспешно выехал в Восточную Пруссию.

Еще несколько дней спустя в Ростенбурге на карте Генерального штаба я увидел Южный фронт от Воронежа до Сталинграда; на отрезке в 200 километров многочисленные красные стрелы обозначали наступательное продвижение советских войск, лишь местами прерывавшиеся небольшими голубыми кружками — это были последние очаги сопротивления остатков немецких и союзнических дивизий. Сталинград уже был в красном кольце.

Почувствовав тревогу, Гитлер приказал всем другим фронтам, а также частям на оккупированных территориях, срочно перебросить подразделения на Юг, поскольку оперативных резервов совсем не было. А ведь генерал Цейтцлер задолго до краха обращал его внимание на то, что каждая из дивизий на Юге России занимает необыкновенно большие отрезки фронта и что они не выдержат энергичного наступления советских войск.

Когда вокруг Сталинграда сомкнулось кольцо, Цейтцлер с покрасневшим, утомленным от бессонницы лицом настойчиво отстаивал свою точку зрения, что 6-я армия должна пробиваться на Запад. Он представил подробнейшую информацию о голодных продовольственных нормах, о нехватке горючего, из-за чего засевшим в руинах или окопавшимся в снежных полях солдатам уже не может обеспечиваться горячее питание, и это при низких температурах. Гитлер оставался невозмутимым и решительным, как если бы он хотел показать, что опасения Цейтцлера — всего лишь паника: «Отданный мной приказ о контрударе с Юга скоро деблокирует Сталинград, и положение будет восстановлено. У нас уже бывали подобные ситуации, и в конце-концов мы ими овладевали». Он распорядился, чтобы позади приготовившихся к контрнаступлению соединений уже сейчас сосредотачивались составы с продовольствием и необходимыми материально-техническими грузами, которые сразу же после прорыва кольца улучшили бы снабжение. На это Цейтцлер возражал: выделенные для контрудара силы слишком малы, — и Гитлер его не перебивал. Вот если бы им на самом деле удалось воссоединиться с прорвавшейся на Запад 6-й армией, тогда они смогли бы закрепиться южнее на новых рубежах. Гитлер приводил свои доводы, но Цейтцлер не сдавался. Наконец, когда спор длился уже более получаса, терпение Гитлера лопнуло:

«Сталинград должен быть удержан. Должен — это ключевая позиция! Если мы под ним сумеем перерезать переправы русских через Волгу, мы поставим их в труднейшее положение. Как иначе они смогут доставлять хлеб из Южной России на Север?» Звучало это не очень убедительно. У меня было чувство, что Сталинград для него стал чем-то вроде символа. Дискуссия после этого спора на какое-то время была закончена.

На следующий день ситуация еще более ухудшилась. Уговоры Цейтцлера стали еще более настойчивыми. Настроение в «ситуационной» комнате было подавленным, даже сам Гитлер выглядел переутомленным и угнетенным. Снова он затребовал расчеты об объеме ежедневных поставок для поддержания боеспособности группировки в 200 тысяч солдат.

Еще сутки спустя судьба оказавшихся в котле армий была решена. В «ситуационной» комнате появился Геринг, свеженький, сияющий — ни дать, ни взять, опереточный тенор, играющий роль победоносного рейхсмаршала. Глубоко огорченный, с каким-то молящим оттенком в голосе, Гитлер обратился к нему: «Как обстоят дела со снабжением Сталинграда по воздуху?» Геринг вытянулся в стойку и торжественно заявил: «Мой фюрер! Снабжение по воздуху 6-й армии гарантируется мною лично. Вы можете на меня положиться!» Как позднее я узнал от Мильха, генеральный штаб ВВС, действительно, произвел расчеты и пришел к выводу, что снабжение сталинградского котла по воздуху невозможно. Да и Цейтцлер сразу же после рапорта Геринга высказал сомнение. На это Геринг ему резко ответил, что проведение необходимых расчетов исключительная компетенция люфтваффе. Гитлер, который мог быть столь дотошным при возведении многоэтажных цифровых колонок, в тот день даже не поинтересовался, каким образом, откуда будут высвобождены необходимые самолеты. От слов Геринга он ожил и снова обрел свою былую решительность: «Тогда Сталинград должен быть удержан! Бессмысленно дальше рассуждать о прорыве 6 армии, при котором она растеряла бы всю свою тяжелую технику и перестала бы быть боеспособной. 6–1 армия остается в Сталинграде!»

Хотя Геринг знал, что судьба окруженных в Сталинграде армий зависела от его торжественного обещания, тем не менее 12 декабря 1942 г.
он разослал приглашение на торжественное открытие после реставрации пострадавшей от бомбежки берлинской оперы, где давалось праздничное представление «Нюрнбергских майстерзингеров» Рихарда Вагнера. В парадных формах и фраках мы расселись в просторной ложе фюрера.

Жизнерадостный спектакль оказался в столь мучительном конфликте с событиями на фронте, что я еще долго упрекал себя за то, что последовал приглашению.

Вскоре я снова был в ставке. Цейтцлер ежедневно представлял сводки командования 6-й армии о количестве полученных по воздуху продовольствия и боеприпасов. Они измерялись немногими процентами от обещанного. Хотя Гитлер непрестанно требовал от Геринга отчета, но тот все время вилял: виновата погода — туман, дожди со снегом или бураны — не позволяют выполнить намеченные поставки. Но как только погода исправится к лучшему, он выйдет на обещанный тоннаж.

Стало неизбежным дальнейшее сокращение фронтовых рационов. Цейтцлер распорядился подавать ему в казино Генштаба точно такое же питание, и заметно похудел. Через несколько дней Гитлер заметил ему, что считает неуместным подобные жесты солидарности. Не на это следует расходовать свою нервную энергию начальника Генерального штаба. Цейтцлер обязан немедленно вернуться к нормальному питанию. Одновременно Гитлер запретил на несколько недель подавать шампанское и коньяк. Настроение становилось все более скверным; с окаменевшими лицами, молча собирались мы небольшими группами, Никто уже не мог больше разговаривать о неуклонной гибели еще несколько месяцев тому назад столь победоносной армии.

Когда я снова оказался в ставке между 2 и 7 января 1943 г. Гитлер продолжал жить еще надеждами. Контрудар, который в соответствии с его приказом должен был разорвать кольцо вокруг Сталинграда и обеспечить снабжение погибавших там войск, потерпел провал еще две недели назад. Какой-то небольшой шанс, возможно, еще и сохранялся, если бы решиться на оставление котла.

В приемной «ситуационной» комнаты в один из этих дней я стал свидетелем того, как Цейтцлер вцепился в Кейтеля и буквально заклинал поддержать его хотя бы сегодня у Гитлера, чтобы тот отдал приказ об оставлении котла. Сейчас последние минуты, когда еще можно избегнуть ужасной катастрофы. Кейтель дал решительные и торжественные заверения помочь. Но как только во время «ситуации» Гитлер снова заговорил о необходимости упорства в Сталинграде, Кейтель с взволнованным лицом подошел к нему и ткнув на карте в небольшой кусочек города, окруженный красными кольцами, изрек: «Мой фюрер, это мы удержим!»

В этом безнадежном положении Гитлер 15 января 1943 г. предоставил фельдмаршалу Мильху чрезвычайные полномочия, дававшие ему право, через голову Геринга, отдавать любые распоряжения для снабжения Сталинграда военными и гражданскими самолетами. В те дни я часто звонил Мильху, обещал спасти моего брата, попавшего там в окружение. Но при общей неразберихе оказалось невозможным разыскать его. От него приходили отчаянные письма. Он заполучил желтуху, весь отек, его поместили к госпиталь, но там он не выдержал, и вернулся к своим товарищам на артиллерийский наблюдательный пункт. С тех пор он бесследно пропал. Мои родители и я переживали то же, что обрушилось на сотни тысяч семей, в которые еще какое-то время после закрытия котла приходили воздушной почтой письма, прежде чем настал конец{123}. О катастрофе, за которую полную ответственность несли он и Геринг, Гитлер впоследствии не проронил ни слова. Вместо этого он отдал приказ о формировании новой 6-й армии, которой предстояло возродить боевую славу погибшей».

Шпеер «Воспоминания»


Начало здесь:

ПРЕДИСЛОВИЕ

ЧАСТЬ 1. КОГДА ПРИХОДИТ ВОЙНА. БОМБАРДИРОВКИ ГОРОДА

ЧАСТЬ 2. НЕМЕЦКОЕ НАСТУПЛЕНИЕ

НЕМЕЦКОЕ НАСТУПЛЕНИЕ (ПРОДОЛЖЕНИЕ-1)

НЕМЕЦКОЕ НАСТУПЛЕНИЕ (ПРОДОЛЖЕНИЕ-2)

ЧАСТЬ 3. ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА РОДИНУ. ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БОИ ЛЕТА 1942-ГО

ЧАСТЬ 4. ВРАГ В ГОРОДЕ

ВРАГ В ГОРОДЕ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

ЧАСТЬ 5. ЗА ВОЛГОЙ ЗЕМЛИ НЕТ! ДОПОЛНЕНИЕ. ОПОЛЧЕНЦЫ

ЗА ВОЛГОЙ ЗЕМЛИ НЕТ! (ПРОДОЛЖЕНИЕ-1)

ЗА ВОЛГОЙ ЗЕМЛИ НЕТ! (ПРОДОЛЖЕНИЕ-2)

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...)
Tags: Воспоминания дневники мемуары, О советском солдате, Сталинград, Т-34, Техника Второй Мировой, Фотогалерея
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

Recent Posts from This Journal