October 31st, 2012

ВОЕННЫЙ ДНЕВНИК ЛЕНЫ КАРПОВОЙ. ЧАСТЬ 3

Недавно один мой коллега усомнился в словах Елены Карповой о том, что "Мальчишек - моих одногодок – домой с войны вернулось всего три процента". Понимаю, что для общей статистики потерь, потери призыва 1923 года за всю войну не будут 97-и процентными. И это правда. Но Вы почитайте о том, что пишет автор о боях весны 1942 года (не самых тяжелых за всю войну). Там есть эпизоды, когда от молодых ребят, брошенных в бой, почти ничего не остается, они все гибнут, когда автор этого дневника заполняет извещения на убитых и умерших, и плачет от того, сколько же молодых и здоровых уже никогда не вернутся домой... а еще кучи окровавленных денег каждый Божий день, наши раненные, которые от голода пьют банки с кровью, и умереть хочется больше, чем жить...

Когда я искал информацию о этих 3 процентах, то встретил один такой комент:

"Может быть цифра и неверная, но у моего деда, он как раз 23 года рождения, из 94 человек (одногодки) с его выпуска летного училища с войны вернулось 4 человека"

http://www.ljpoisk.ru/archive/9247137.html

Эх, да что Вы знаете про эти 3 процента, книжные мальчики и девочки!!! И не нужно никого за это осуждать...
  


Елена Карпова

“Вот он – наконец наступил первый долгожданный праздник на нашей улице, так дорого оплаченный, такими неисчислимыми жертвами и такой кровью. Не получилось «малой крови» и «могучего удара», о котором мы пели. Но как бы там ни было, фашисты ещё не раз пожалеют, мы им такое «жизненное пространство» покажем, что много ещё поколений помнить будут. Поля Подмосковья уже чернеют от трупов и громадного количества техники, брошенной фашистами. Чего здесь только нет: и танки, и орудия, и машины, и какие-то фургоны громадные, и замёрзшие трупы. Их уже складывают в штабеля, чтобы меньше места занимали. Кого здесь только нет: и итальянцы, и испанцы, и прочая сволочь. Некоторые жители рубят им ноги, оттаивают на печке и щеголяют в немецких сапогах. К ним нет никакого сострадания и сожаления, для нас они – не люди. Культурная нация, раса господ, сверхчеловеки – что они сделали с нашей землёй, которую временно захватили. Везде следы разрушений. Сожжено, разграблено, разбито, уничтожено. От некоторых деревень остались одни печные трубы. Ничего не осталось от усадьбы Л. Толстого, разрушен домик Чайковского в Клину. А там, где не успели разрушить, в тех уцелевших зданиях, которые нам приходилось готовить к приёму раненых, всё так загажено, что передать невозможно, нужно только увидеть. Столько замёрзших испражнений пришлось нам счищать с полов классов, где раньше сидели за партами дети, столько всякой гадости вытаскивать, что пусть нам теперь никто не говорит о немецкой культуре. Своими глазами пришлось увидеть и своими руками вычищать эту «культуру».

Collapse )